Макар был спокоен, в отличие от многих членов клана.
Кадаверциан только вернулись из поездки. Весь день он отсыпался. Перелёт был тяжёлым и долгим. Была постоянная тревога, что на них могут напасть из-за Креста Основателя. Клановая реликвия была опасной вещью – настолько опасной, что она до этого и не находилась в Столице. Но сейчас Кристоф посчитал, что реликвия должна находиться рядом, на всякий случай. Макару сложно было пока сформировать мнение об этом, но с Мэтром он привык не спорить. Ему было виднее, поэтому ученик де Альбьера просто делал то, что ему говорили.
Гончаров сильно устал. Он ещё не оправился после того, как призвал Тёмного Охотника впервые. Поездка поэтому его сильно утомила.
Кадаверциану также хотелось кое-что обсудить с главой клана, но всё никак не было времени. Во время их путешествия задавать вопросы было бы неуместно, а после возвращения такого шанса тоже не представилось. Ученик главы клана полагал, что де Альбьеру нужно было время на то, чтобы обеспечить безопасное хранение Креста на новом месте. Сейчас всё уже должно было более-менее уладиться, и потому Гончаров ждал, когда Мастер Смерти спустится вниз. Затем, не дождавшись, решил всё-таки наведаться к нему в кабинет.
Добраться до него получилось быстро. Гончаров решительно постучался и, дождавшись положительного ответа, вошёл внутрь. Макар здесь часто бывал, поэтому чувствовал себя здесь свободно.
Макар бросил осторожный взгляд на де Альбера.
Стоило ли сейчас задавать вопросы? Гончаров, подумав ещё раз, всё-таки убедил себя, что стоит. Лучше задать все вопросы сейчас, чем потом ещё долго гадать над тем, что мог бы ответить Кристоф. В конце концов, попытаться стоило. Кадаверциан не любил, когда оставались какие-то нерешённые вопросы или невысказанные слова. Они всегда потом создают проблемы.
Кадаверциану проблем не хотелось. Их, признаться, клану Смерти и так хватало. Они в последнее время только тем и занимались, что разгребали проблемы, созданные кем-то для них.
– Я хотел поговорить. В Столице собрался весь клан – даже те, кто обычно здесь не живёт, приехали. Я понимаю, что мы готовимся к битве. Но насколько мы на самом деле готовы? – ученик пристально посмотрел на француза. – И для чего конкретно нам нужно было привозить сюда клановую реликвию?
Макар правда очень хотел знать, что на самом деле происходит с ними. К какой конкретно битве они все готовятся?
– У меня есть ощущение, что вы знаете больше о нашем враге.

Макар был готов услышать что угодно. Он молчал, терпеливо ожидая, когда Кристоф что-то скажет. У Макара вообще не было привычки перебивать, особенно когда понимал, что собеседник имеет свойство не говорить сразу всё. Ему хотелось уловить суть, но при этом ничего лишнего знать тоже не хотелось. Гончарова интересовали конкретные дела.
Он стоял прямо, облокотившись о дверной косяк. Взгляд был прикован к старшему кадаверциану. Лицо не выражало никаких эмоций, но это было только маской. На самом деле, внутри он испытывал целый спектр эмоций. Макару казалось, что  он готов к любым словам, что бы он ни услышал. Сейчас были такие времена, что произойти могло абсолютно что угодно. Он мог судить даже по клану: напряжение, которое можно было черпать ложкой, спешные сборы всех кадаверциан, перешёптывания, а также поездки и поиски чего-то.
Не нужно было быть гением, чтобы всё сопоставить.
– Любопытство, – коротко ответил Макар.
Больше ничего добавлять не стал. Гончарову просто хотелось знать правду, и он имел право.
Проходить вглубь комнаты не стал пока. Гончаров пока не знал, будет ли разговор длинным или коротким. Если его учитель будет не в настроении отвечать на вопросы, то и задерживаться здесь смысла не было. Он, конечно, устал после долгого путешествия и постоянного напряжения от присутствия Креста Основателя, но уснуть всё равно не сможет. К усталости можно было привыкнуть. Она не сильно ухудшала качество жизни.
Взгляд переместился на книжный шкаф. Там появилась новая литература, и он это отметил.
– Асиман. Кто-нибудь ещё?
Гончаров не понимал мотивов киндрэт. Для чего сотрудничать с кем-то, кто является угрозой?
– В чем именно заключается сила Креста? – спросил Макар. – Я не до конца понимаю его сущность. И его силу.
Макару хотелось больше понимать в магии клана Смерти. Говорил он всё это абсолютно будничным голосом, словно обсуждал покраску стен, а не их возможную смерть. Просто Макар считал, что паника и страх ещё никого не спасли, но многим навредили.
Ученик де Альбьера понял, что разговор состоится, и подошёл ближе, остановившись напротив Кристофа.
– Это не попытка захвата власти и желание большей силы. Без него у нас может не быть и шанса.
– Получается, нужно готовиться к худшему, – заключил кадаверциан. – Я хочу усилить свои тренировки. И изучить как можно больше боевых заклинаний. А также иметь возможность их испытать.
Полумеры не помогут.
Макар внимательно посмотрел на наставника. Его лицо выражало решимость. Макар верил, что Кристоф найдёт выход из любой ситуации, но также замечал весь тот груз, который тот тащит на себе. Хотелось его разгрузить, а для этого нужно было стать сильнее.
Гончаров был готов работать над собой.
К тому же, у Макара были прекрасные учителя.
Макар на некоторое время затих, просто молча глядя на Криса. Он не пытался давить, тем более что это не сработает, а просто хотел понять, о чём же Кристоф сейчас думает.

Макар слушал молча. Политикой кланов он никогда не интересовался, а сейчас вдруг понял, что зря. Очень многое из того, что происходило вокруг, можно было объяснить политикой. Во многих кровных братьях он успел разочароваться, потому что раньше думал о них иначе. Услышать объяснения от главы клана было полезно. Это исключало доводы и ненужные размышления, а также неправильные выводы, которые можно было сделать. Хотелось верить, что у Кристофа есть ответы на все вопросы.
Россиянин довольно часто мысленно возвращался к своему прошлому. Его сложно было назвать хорошим, но он вспоминал о своём прошлом без сожаления. Это был путь, который привёл Макара туда, где он находился сейчас. Иногда та жизнь казалась ему слишком далёкой, несмотря на то, что прошло относительно мало лет. До обращения его жизнь была совсем другой. Тогда он решал совсем другие проблемы и жил по другим правилам, и не подозревая, что другой мир всегда был под боком. Все человеческие проблемы и стремления разом становились бессмысленными.
– Я просто хочу знать правду, – сказал Гончаров спокойно. – Потому что сложно жить, не понимая, что происходит.
Сейчас Макар говорил правду. Ему в последнее время сложно было привыкнуть к переменам вокруг и разобраться в новых реалиях их мира. Эту мысль было важно донести Крису.
– Грейганн, с высокой вероятностью.
Гончаров не скрывал своего удивления. Грейганн не были обычным кланом, но что заставило их действовать так необдуманно?
– И никто в этом мире не способен полностью её понять.
Разговор снова вернулся к клановой реликвии. Гончаров оставался спокойным, мысленно анализируя всё услышанное. Он искренне пытался понять сущность Креста Основателя.
– Это, несомненно, похвально. Только сила не только в количестве заклинаний. Тебе нужен и боевой опыт, и жизненный опыт. И того, и другого у тебя пока мало. Твоё человеческое прошлое не может считаться за прекрасный опыт. Сам понимаешь. Но с Доной я это обсужу.
Гончаров кивнул.
Макар не мог сказать, что был недоволен тренировками с Доной. Но его собственные результаты его не радовали.
– Хорошо, не хочу упускать ни одну возможность.
После этого Гончаров снова замолчал. Почему-то больше не хотелось нарушать тишину, хотя неразрешённые вопросы ещё оставались. Макар понимал, что невозможно всё решить за один раз, поэтому и решил, что пока достаточно. Можно отложить оставшиеся вопросы до следующего раза.
Макар закрыл глаза, откинувшись назад.
– Кстати, Дона обещала перейти от боевых заклинаний к защитным.
У некоторых это вызывало недовольство.
– О существовании некоторых из них я даже не знал.
Кадаверциан считал, что защитные заклинания так же полезны, как и боевые.
Ученику де Альбьера хотелось бы, чтобы тот самолично тоже принимал больше участия в тренировках, но настаивать на этом было бы неправильно. Гончаров понимал, что у де Альбьера и так достаточно обязанностей. Тем не менее, индивидуальным тренировкам Мэтр всё же уделял внимание. Со своими учениками он занимался лично, хоть и не каждый день, как это делала Дона Кадаверциан. У Кристофа же было, чему поучиться. Было интересно и полезно наблюдать за его стилем боя.
Этот опыт было бы неплохо перенять.
Именно опыт имел свою ценность. Заклинания сами по себе не были настолько важны. Даже отдельные боевые приёмы не играли большой роли. Чтобы выработать свой стиль, нужно было пережить сотни битв и потерять всё, что было когда-то дорого.