Легко ли было поверить, что ловушка захлопнулась так просто и так глупо? Глава клана Стихий уж точно не мог себе самому признаться в том, что так попался. Более того, попался не один, а вместе с двумя другими главами кланов. Причём из них троих двое являлись старейшими киндрэт. Это позор! С другой стороны, хорошо, что среди них не было Фелиции. Будь она здесь, глава клана Лугат переживал бы ещё сильнее. Рамон не видел выхода из ситуации. Да, они нашли убежище в квартире Кристофа, но, в то же самое время, заперли себя там, потому что этот дом был окружён заклинанием. Каким – дэ Кобреро бы не решился проверять. Они все были ранены, но состояние француза волновало его сильнее всего, потому что тот, кажется, был достаточно плох.
Впрочем, делать поспешные выводы Рамон бы тоже не стал. С этим никогда нельзя торопиться. Да и Кристоф был сильнейшим из клана Кадаверциан. К тому же, он ведь и ученик Владислава, поэтому стоило полагать, что так просто его не убить. Рамон, тем не менее, временами хмурился, пытаясь придумать хоть какое-то решение. Положение их было незавидным. Нужно было либо зализывать раны и как-то давать отпор или хотя бы выиграть достаточно времени, чтобы сбежать. Или же нужно было идти на соглашение с врагом, что для Рамона было абсолютно неприемлемым. Никаких переговоров с противником, никаких союзов, даже временных, и быть не могло.
Если в первое время у дэ Кобреро и были какие-то мысли о возможном сотрудничестве, то сейчас, когда он знал, кто это такие и на что они способы, все разговоры о сотрудничестве были не более чем самообманом. Достаточно для этого было посмотреть на асиман. Эти дураки сами себя подставили, причём не в первый раз. Амир ар-Рахал явно не умел учиться на своих же ошибках. А ведь де Альбьер с самого начала говорил… тогда весь Совет принял его за сумасшедшего. Или хотя бы за сумасбродного. Но Кристоф оказался прав, как и много раз до этого. Из этой ситуации им всем нужно было выбираться. Каково бы ни было личное отношение, и де Альбьер, и Бальза являлись ценными кровными братьями. Их потеря тяжело отразится на их мире. Однако Рамон действительно не знал, как они могли справиться.
У них было время до рассвета, но до этого момента лугат собирался что-то предпринять. Рассвета уж точно ждать не стоило, потому что под солнечными лучами киндрэт были особенно уязвимыми. Испытывать судьбу дэ Кобреро не намеревался. Он уже, естественно, попытался связаться с Корвинусом и другими своими учениками, но телефонная связь не работала. На ментальную связь полагаться не хотелось. Вал уж точно примчится сюда и обязательно погибнет от рук асов. А остальные ученики не были так сильны.
«Что делать?» – глава Лугат отчаянно пытался что-то придумать. Он ходил по всем комнатам квартиры. Это не помогало, но зато Рамон обнаружил запас крови, про который успел-таки сказать Кристоф перед тем, как отключиться. Де Альбьер до сих пор ещё не приходил в себя. Помочь ему тоже было нечем.
На автомате взяв несколько пакетов крови, Рамон вернулся туда, где он оставил Кристофа и Миклоша. Вскрыв один из них, он бросил вторым в нахтриттера. Сейчас было не до церемоний. Кровь поможет им восстановиться после полученных ран. Она ускорит процесс регенерации. Дэ Кобреро не переживал за себя, но де Альбьер вызывал всё больше опасений. Выживет ли? Хотелось верить в чудесные особенности ученика Вольфгера Владислава, но сомнения закрадывались с каждой минутой. Наверное, дурные мысли нужно было гнать от себя, но пока плохо получалось это сделать.
Подумав немного, лугат вскрыл зубами ещё один пакет, наклонился над Кристофом и влил немного крови в рот де Альбьера. Возможно, это как-то поможет. А может, это вообще не сработает. В любом случае, никакого вреда не будет. Нужно было продумать план, но говорить с Бальзой пока не было никаких сил. Тем более, пока и идей не было, чтобы их обсуждать.