Констанс не ожидала, что увидит Эриксона сегодня или когда-либо в ближайшее время. Приезд Дарэла в Столицу застал её врасплох. Когда он не последовал за кланом в прошлый раз, казалось, что все узы были давно расторгнуты. Тем не менее, снова увидеть его было неожиданно приятно. Пусть и обстоятельства были слегка неожиданными и не самыми благополучными. Но к его присутствию О’Райли решила отнестись несколько настороженно.
Вторая Старейшина натянула улыбку.
– Ты как всегда, – спокойно сказала она в ответ. – Я ещё не успела ничего сказать, а ты уже с ходу отказался от предложения, которого я тебе и не делала.
Дир-дале и правда не собиралась возвращать Дарэла в клан. У неё были более важные приоритеты, чем его капризы сейчас. Констанс, прежде чем продолжить, бросила взгляд в окно, на внутренний двор новой резиденции. Она создавалась с трудом. И сейчас им грозила новая опасность, и они снова могли потерять свой дом. Но в этот раз этого нельзя было допустить. Им ещё предстояло побороться за эту Столицу.
Сложно поверить, каким коротким было это время умиротворения.
– Я позвала тебя совсем по другой причине.
Полезно было иметь при себе телепата. Дарэла красивыми речами не обманешь, поэтому О’Райли собиралась говорить как есть, не скрывая своих намерений.
– Ты и так больше не являешься частью этого клана. Слишком долго отсутствовал. Всегда сопротивлялся внутренней и внешней политике клана. Считал себя лучше и выше. Увлёкся людьми и слишком сильно к ним привязался. К тому же, слишком близко подпустил к себе кадаверциана.
Всё это прозвучало так, словно О’Райли обвиняла Дарэла.
Леди Даханавар, возможно, и правда бросила всё это в упрёк. Констанс сложно было понять философию жизни их бывшего сканера. Наверное, она никогда и не поймёт. Возможно, его чрезмерная привязанность к людям как раз объяснялась эмпатией, которая у Дарэла была повышена.
– Как ты знаешь, у кланов сейчас проблемы поважнее. Сейчас мы имеем дело с асами. Все старые убеждения и верования перестали работать. А некоторые кланы так и вовсе предали нас, если верить Кристофу. Всё стало… сложнее.
Для Констанс было тяжело скрывать своё раздражение. Она никогда не отличалась спокойным нравом, а предательство своих же вообще выводило её из себя.
О’Райли наклонилась ближе.
– Я просто хочу, чтобы ты не оставлял нас в неведении. Если что-то тебе станет известно, я хочу знать об этом. Это касается и наших врагов, и киндрэт. Это всё, о чём я прошу.
Констанс знала, что Эриксон обязательно будет знать больше хотя бы просто потому, что мог читать мысли.
Ей нужна была эта информация.
В войне информация – это тоже оружие.

О’Райли молча смотрела на Дарэла, а затем выдохнула с раздражением. С ним всегда было сложно вести разговоры, и это было вполне ожидаемо. Дарэл умудрялся вывернуть информацию так, чтобы она казалась совсем не тем, чем была изначально. Вести переговоры или хотя бы просто притвориться более дипломатичным Эриксон не умел. И за годы, проведённые вне клана, так этому и не научился. И если раньше молодой даханавар просто забавлял и вызывал лёгкое недоумение, то сейчас его явное неприятие своего же клана не выглядело больше как простое бунтарство.
– Ты предлагаешь мне шпионить за Кристофом? – задал уточняющий вопрос телепат. – Ты ведь прекрасно понимаешь, что я не стану.
– Мне не интересно, что делает де Альбьер, – сохраняя спокойствие, ответила О’Райли. – Я хочу знать то, что делают асы. Ты ведь сканэр. И ты, к тому же, находишься там, где эти сведения можно раздобыть. Каким-то образом Кристоф располагает этой информацией. И да, это делает тебя полезным источником.
Это отрицать было нельзя. Констанс не собиралась упускать такую возможность по сбору сведений. Это было бы глупо и недальновидно. Раз уж Дарэл соизволил вернуться в Столицу, пусть приносит клану пользу. Неприятностей от него уже было достаточно. Она слишком хорошо знала, что никакой даханавар на самом деле не может прожить вдали от клана. Рано или поздно все возвращаются, потому что даханавар никогда одиночками не были. Даже телепаты. Особенно телепаты. Поэтому рано или поздно это случится.
Конечно, учитывая последние события, лучше уж рано. О’Райли не хотела, чтобы силой кого-то из их клана пользовались другие, и особенно клан Смерти. Постепенное увеличение их количества Констанс не беспокоило, но, зная историю Флоры, вполне возможно, что Кристоф всё ещё таит обиду и злость на Даханавар. И кто знает, куда это может завести. А Дарэл был «птенцом» Флоры, то есть каждый раз неосознанно напоминал о ней. Она была реалисткой и знала, что кланы, на самом деле, никогда не будут близки друг к другу. Они слишком сильно отличаются по своей сути. Временные союзы были всего лишь пусканием пыли в глаза и работали только пока был единый враг. И то, если верить Кристофу, кое-кого даже общий враг не остановил, и, вместо кровных братьев, они предпочли объединиться с врагами.
– Иногда мне кажется, что ты предан Мэту больше, чем когда-либо был предан нашему клану, – сказала О’Райли задумчиво. – Возможно, потому что считаешь, что он сделал для тебя больше, чем многие из нас. Может быть, это так и есть на самом деле. Но, прошу, не превращай любой наш разговор в попытку поставить тебя перед выбором. Ты его уже сделал.
Выражение лица Констанс оставалось холодным. Констанс всего лишь говорила о фактах, которые ей были хорошо известны. Для блага клана она выбрала более мягкую тактику и не стала дальше давить. Важно было договориться, а не разбирать старые обиды и недопонимания. Став Второй Старейшиной, она научилась подавлять собственную вспыльчивость. А ведь всего лишь несколько десятков лет назад она бы уже давно показала наглому мальчишке, где его место!
– Война, которая нам предстоит, касается всех, а не только тех, с кем ты сейчас живёшь, – сказала О’Райли.